common:navbar-cta
Загрузить приложениеблогфункцииЦеныПоддержкаВойти
EnglishEspañolعربىFrançaisPortuguêsItalianoहिन्दीKiswahili中文русский

Современные исследования аквапоники показали глубокое осознание конкретных проблем, поднятых в Антропоцене. Обоснования для проведения исследований в области аквапонии, как правило, выдвигают на передний план задачу обеспечения продовольственной безопасности на земном шаре с растущим населением и постоянно напряженной ресурсной базой. Например, König et al. (2016) точно вписывают аквапонику в рамки планетарных проблем антропоценового дискурса, когда они заявляют: «Обеспечение продовольственной безопасности в XXI веке в рамках устойчивых планетарных границ требует многогранной агроэкологической интенсификации производства продуктов питания и развязка от неустойчивого использования ресурсов'. На пути к этим важным целям в области устойчивого развития утверждается, что технология аквапоники дает большие надежды (Goddek et al. 2015). Инновационные замкнутые системы аквапоники предлагают особенно заманчивое сближение потенциальных решений, которые могут способствовать более устойчивому будущему.

Сторонники аквапоники часто подчеркивают экологические принципы, лежащие в основе этой новой технологии. Системы Aquaponic используют положительный потенциал более или менее простой экосистемы, чтобы сократить использование конечных вводимых ресурсов при одновременном сокращении отходов побочных продуктов и других внешних факторов. Исходя из этого, аквапоническую технологию можно рассматривать как первичный пример «устойчивой интенсификации» (Garnett et al. 2013) или, точнее, как форму «экологической интенсификации», поскольку ее основополагающие принципы базируются на управлении обслуживающими организмами в направлении поддающихся количественной и прямой вклад в сельскохозяйственное производство (Bommarco et al. 2013). Из этого агроэкологического принципа вытекает большое количество потенциальных выгод для устойчивого развития. Главы 1 и 2 этой книги делают образцовую работу по освещению этих проблем, подробному изложению проблем, с которыми сталкивается наша продовольственная система, и наука о аквапонике как потенциальное место для целого ряда мероприятий в области устойчивого развития и продовольственной безопасности. Нет необходимости повторять эти моменты снова, но стоит отметить, что воспринимаемая конвергенция потенциальных резолюций является тем, что стимулирует исследования и укрепляет «убежденность в том, что эта технология может играть значительную роль в производстве продуктов питания в будущем» (7) (Junge et al. 2017).

Однако, несмотря на значительные претензии, выдвинутые ее сторонниками, будущее аквапоники является менее чем определенным. Вопрос о том, какую роль аквапоника может играть в переходе к устойчивому обеспечению продовольствием, все еще в значительной степени обсуждается — особенно важно подчеркнуть, — публикация результатов экологической устойчивости и продовольственной безопасности аквапонных систем остается заметным из-за их отсутствия в Европе (König et al. 2018). На бумаге «харизматичные» атрибуты аквапоники гарантируют, что она может быть легко представлена как инновационный тип «серебряной пули», который попадает в суть самых глубоких вопросов устойчивости и продовольственной безопасности нашей продовольственной системы (Brooks et al. 2009). Такие изображения смогли привлечь значительное внимание к аквапонике далеко за рамками академических исследований — рассмотрим, например, значительное производство «шумихи» онлайн аквапоники по сравнению с аналогичными областями, что было полезно отметить Junge et al. (2017). Именно здесь нам может потребоваться время, чтобы указать взаимосвязь между воспринимаемым потенциалом аквапоники и «технооптимизмом».

Внедрение каждой новой технологии сопровождается мифами, которые стимулируют дальнейший интерес к этой технологии (Schoenbach 2001). Мифы распространяются среди ранних усыновителей и подхватываются в средствах массовой информации часто задолго до того, как научное сообщество успело тщательно проанализировать их и ответить на них. Мифы, как утверждает Шёнбах (2001, 362), широко распространены, потому что они «представляют собой четкое и убедительное объяснение мира». Эти мощные объяснения способны активизировать и согласовывать индивидуальные, общинные и институциональные действия, направленные на достижение конкретных целей. «Красота» аквапоники, если это можно назвать, заключается в том, что концепция часто превращает сложность проблем устойчивости и продовольственной безопасности в ясные, понятные и масштабируемые системные метафоры. Образец аквапонного цикла — воды, протекающей между рыбой, растениями и бактериями, — который элегантно решает проблемы пищевой системы, является примером здесь. Однако мифы о технологии, будь то оптимистичные или пессимистические, разделяют технодетерминированное видение взаимосвязи между технологией и обществом (Schoenbach 2001). В технодетерминированном видении технологии именно технология вызывает важные изменения в обществе: если нам удастся изменить технологию, то нам удается изменить мир. Независимо от того, идет ли изменение к лучшему (технооптимизм) или к худшему (технофобия), технология сама по себе создает эффект.

Технодетерминистские взгляды были подвергнуты тщательной критике по социологическим, философским (Брэдли 2011), марксистским (Хорнборг 2013), материально-семиотическим (Латур 1996) и феминистским (Харавей 1997) признакам. Эти более нюансированные подходы к технологическому развитию будут утверждать, что технология сама по себе не приносит изменений обществу; она не является ни хорошим, ни плохим, ни плохим, но всегда встроена в структуры общества, и именно те структуры, которые позволяют использовать и применять данную технологию. В той или иной степени технология является формирующейся сущностью, последствия которой мы не можем знать заранее (de Laet and Mol 2000). Это может показаться очевидным, но технодетерминизм остается сильной, если часто скрытой, особенностью нашего современного эпистемологического ландшафта. Наше технологическое общество, движимое инновациями, поддерживается дискурсивными режимами, которые сохраняют надежду на обновление общества посредством технического прогресса (Lave et al. 2010). Было доказано, что такие убеждения играют важную нормативную роль в экспертных сообществах, независимо от того, являются ли они учеными, предпринимателями или политиками (Franklin 1995; Soini and Birkeland 2014).

Подъем аквапоники по всей Европе переплетается с конкретными интересами различных актеров. Мы можем выделить по крайней мере пять общественных процессов, которые привели к развитию аквапоники: (а) заинтересованность государственных органов в финансировании высокотехнологичных решений проблем устойчивости; (б) венчурное финансирование, мотивированное успехами IT-стартапов, в поисках «следующей большой вещи», которая, возможно, открыть для себя новый «единорог» (стартап-компании стоимостью более\ $1 млрд.); (c) интерес средств массовой информации к репортажам о положительных историях новых аквапонических стартапов, подпитываемых деятельностью этих стартапов по связям с общественностью, с редкими репортажами о компаниях, которые пошли на спад; d) поддерживаемый Интернетом рост энтузиастов и самодеятельных аквапонических сообществ, разделяющих как ценности устойчивости, так и любовь к использованию новых технологий; e) интересы городских застройщиков в поиске экономически обоснованных решений для свободных городских пространств и озеленения городских пространств; и f) научные исследования сообщества сосредоточили свое внимание на разработке технологических решений будущих проблем устойчивости и продовольственной безопасности. В большей или меньшей степени призрак технооптимистической надежды проникает в развитие аквапоники.

Хотя утверждения о позициях технооптимистов вдохновляют и способны ускорить вложение денег, времени и ресурсов различными субъектами, потенциал таких точек зрения для обеспечения справедливости и устойчивости ставится под сомнение в масштабах местных (Leonard 2013) и региональных вопросов (Hultman 2013) к глобальным императивам (Гамильтон 2013). И именно на этом этапе мы могли бы рассмотреть амбиции нашей собственной области. Хорошей отправной точкой могла бы стать «COST action FA1305», который в последние годы был важным посредником в проведении исследований в области аквапоники в Европе, и в ряде публикаций признается положительное влияние этих действий на проведение исследований (Miličić et al. 2017; Delaide et al. 2017; Villarroel et al. 2016). Как и все действия COST, этот финансируемый ЕС транснациональный сетевой инструмент выступал в качестве центра для проведения исследований в области аквапоники в Европе, стимулируя и расширяя традиционные сети исследователей, объединяя экспертов из научных, экспериментальных объектов и предпринимателей. В первоначальном программном заявлении COST Action FA1305 говорится следующее:

Аквапоника играет ключевую роль в обеспечении продовольствием и решении глобальных проблем, таких как нехватка воды, продовольственная безопасность, урбанизация, сокращение потребления энергии и пищевых миль. ЕС признает эти проблемы в рамках своей Общей сельскохозяйственной политики и политики в области охраны водных ресурсов, изменения климата и социальной интеграции. Необходим европейский подход в области исследований аквапоники, формирующейся на глобальном уровне, исходя из статуса Европы как глобального центра передового опыта и технологических инноваций в области аквакультуры и гидропонного садоводства. Центр аквапоники ЕС нацелен на развитие аквапоники в ЕС, возглавляя исследовательскую программу путем создания сетевого центра экспертных научных исследований и отраслевых ученых, инженеров, экономистов, акватуристов и садоводов, а также содействуя подготовке молодых исследователей аквапоники. Центр аквапоники ЕС сосредоточен на трех основных системах: 1) «города и городские районы» — аквапоника городского сельского хозяйства, 2) «системы развивающихся стран» — разработка систем и технологий для обеспечения продовольственной безопасности местного населения и 3) «аквапоники промышленного масштаба» — обеспечение конкурентоспособных систем предоставление экономически эффективных, здоровых и устойчивых местных продуктов питания в ЕС. (http://www.cost.eu/COST_Actions/fa/FA1305, 12.10.2017, курсив добавлен).

Как указывается в программном заявлении, с самого начала действия COST FA1305 был отмечен высокий оптимизм в отношении роли аквапоники в решении проблем устойчивости и продовольственной безопасности. Создание Центра аквапоники COST EU было призвано «обеспечить необходимый форум для «запуска» аквапоники как серьезной и потенциально жизнеспособной отрасли для устойчивого производства продуктов питания в ЕС и мире» (COST 2013). Действительно, благодаря собственному участию авторов в COST FA1305 наш многолетний опыт, несомненно, состоял в том, чтобы быть частью энергичного, заинтересованного и высококвалифицированного исследовательского сообщества, которое было более или менее объединено в своих амбициях сделать аквапонику работать в направлении более устойчивого будущего. Четыре года спустя после публикации программного заявления Aquaponic Hub, однако потенциал аквапоники в области устойчивости и продовольственной безопасности остается только таким потенциалом. В настоящее время неясно, какую точную роль аквапоника может сыграть в будущей продовольственной системе Европы (König et al. 2018).

Широко распространенное повествование о том, что аквапоника обеспечивает устойчивое решение глобальных проблем, стоящих перед сельским хозяйством, раскрывает фундаментальное ошибочное представление о том, чего оно действительно способно достичь. Растительной стороной аквапоники является садоводство, а не сельское хозяйство, производство овощей и листовой зелени с высоким содержанием воды и низкой питательной ценностью по сравнению с основными продуктами сельского хозяйства на сельскохозяйственных угодьях. Быстрое сравнение текущих сельскохозяйственных площадей, садоводства и охраняемых садоводческих территорий, 184.332 кмсуп2/суп, 2.290 кмсуп2/суп (1,3%) и 9,84 кмсуп2/суп (0,0053%), в Германии, показывает недостаток в повествовании. Даже если рассматривать гораздо более высокую производительность аквапоники за счет использования систем контролируемой среды, аквапоника даже не приближается к тому, чтобы оказать реальное воздействие на сельскохозяйственную практику. Это становится еще более очевидным, когда стремление стать «продовольственной системой будущего» заканчивается поиском высокоценных культур (например, микрозелени), которые могут быть проданы как гурманская гастрономия.

Хорошо известно, что развитие устойчивых технологий характеризуется неопределенностью, высокими рисками и крупными инвестициями с опозданием (Alkemade and Suurs 2012). В этом отношении «Аквапоника» не является исключением; по всей Европе существует лишь несколько коммерческих операционных систем (Villarroel et al. 2016). Возникает значительная устойчивость к развитию аквапонной технологии. Коммерческие проекты должны сталкиваться с сравнительно высокой технологической и управленческой сложностью, значительными маркетинговыми рисками, а также неопределенной нормативной ситуацией, которая до сих пор сохраняется (Joly et al. 2015). Хотя трудно зафиксировать скорость неудач запуска, короткая история коммерческой аквапоники по всей Европе вполне может быть суммирована как «Малые успехи и большие неудачи» (Haenen 2017). Стоит также отметить, что пионеры, уже участвующие в аквапонике в настоящее время по всей Европе, не ясно, приносят ли их технологии какие-либо улучшения в области устойчивого развития (Villarroel et al. 2016). Недавний анализ König et al. (2018) показал, как проблемы развития аквапоники вытекают из множества структурных проблем, а также присущей технологии сложности. В совокупности эти факторы приводят к созданию среды высокого риска для предпринимателей и инвесторов, что привело к ситуации, когда стартап-объекты по всей Европе вынуждены сосредоточиться на производстве, маркетинге и формировании рынка по сравнению с предоставлением учетных данных об устойчивом развитии (König et al. 2018). Помимо заявлений об огромном потенциале, мрачная реальность заключается в том, что еще не ясно, какое влияние аквапоника может оказать на укоренившиеся режимы производства и потребления продовольствия, действующие в современную эпоху. Место аквапонной технологии в процессе перехода к более устойчивым продовольственным системам, похоже, не имеет никаких гарантий.

Помимо спекуляций о технооптимизме, аквапоника превратилась в чрезвычайно сложную технологию производства продуктов питания, которая обладает потенциалом, но сталкивается с острыми проблемами. В целом, существует недостаток знаний о том, как направить исследовательскую деятельность на разработку таких технологий таким образом, чтобы сохранить их обещание устойчивости и потенциальные решения насущных проблем продовольственной системы (Elzen et al. 2017). Недавнее исследование, проведенное Villarroel et al. (2016), показало, что из 68 актеров аквапонии, охваченных 21 европейской страной, 75% были вовлечены в исследовательскую деятельность и 30,8% - в производство, причем только 11,8% опрошенных фактически продавали рыбу или растения за последние 12 месяцев. Понятно, что область аквапоники в Европе по-прежнему формируется главным образом участниками научных исследований. В этих условиях развития мы считаем, что следующий этап исследований в области аквапоники будет иметь решающее значение для развития будущего потенциала этой технологии в области устойчивости и продовольственной безопасности.

Интервью (König et al. 2018) и количественные исследования (Villarroel et al. 2016) европейского аквапонического поля показали, что существует неоднозначное мнение относительно видения, мотивации и ожиданий относительно будущего аквапоники. В свете этого, Konig et al. (2018) выразили обеспокоенность по поводу того, что разнообразие концепций аквапонической технологии может помешать координации между участниками и в конечном итоге сорвать разработку «реалистичного коридора приемлемых путей развития» для технологии (König et al. 2018). С точки зрения инновационных систем новые инновации, которые демонстрируют неорганизованное разнообразие концепций, могут страдать от «сбоя направленности» (Weber and Rohracher 2012) и в конечном итоге не смогут реализовать свой потенциал. Такие перспективы соответствуют позициям науки об устойчивом развитии, которые подчеркивают важность «видений» для создания и реализации желаемого будущего (Brewer 2007). В свете этого мы предлагаем одно такое видение для области аквапоники. Мы утверждаем, что исследования в области аквапоники должны переориентироваться на радикальную повестку дня в области устойчивого развития и продовольственной безопасности, которая соответствовала бы предстоящим вызовам, возникающим в антропоцене.


Aquaponics Food Production Systems

Loading...

Будьте в курсе новейших технологий Aquaponic

Компания

Авторское право © 2019 Аквапоника AI. Все права защищены.